Первого апреля в 7.30 утра ученики нашего класса уже были в школе. Накануне Екатерина Константиновна, учительница математики, задала нам целую кучу задач и примеров, да ещё пригрозила:
– Те, кто не выполнит домашнего задания, получат в журнал единицу, а их родители будут вызваны в школу!
Пришлось целый день грызть гранит науки! И это перед самым праздником смеха, шуток и приколов! И мы решили учительницу разыграть. Класс жаждал мести! Было много предложений. Каждый предлагал осуществить свой коварный план…
Неожиданно обсуждение прервал Вовка Журавлёв:
– Дверь открыта!

На станции «Разбейся» в апартаментах г. начальника станции заседало большое общество. Тут были начальники станций, начальники дистанций, магазинов, депо и проч., отставные и неотставные, старые и молодые. Между форменными путейскими сюртуками виднелись цвета женских modes et robes1, попадались и детские мордочки… Компания пила чай, играла в карты, музицировала и услаждала себя беседою. Говорили о случаях, случайно случившихся на той или другой линии. Рассказано было много, не написать всего. Один г. Укусилов говорил два часа… Извольте-ка написать! Буду по обычаю краток.

Особы обоего пола сидели в мягких креслах, кушали фрукты и, от нечего делать, бранили докторов. Порешили так, что если бы на этом свете вовсе не существовало докторов, то было бы прекрасно; по крайней мере люди не так бы часто болели и умирали.

— Впрочем, господа, иногда… впрочем…— заговорила в конце концов маленькая, тщедушная блондиночка, кушая грушу и краснея.— Иногда доктора бывают полезны… Нельзя отрицать их пользы в некоторых случаях. В семейной жизни, например. Представьте себе, что жена… Мужа моего нет здесь?

Это было самое весёлое, оживлённое место предпраздничного рынка… Лавчонка, маленькая, полутёмная была битком набита покупателями, а на улице у входных дверей стоял бойкий, крикливый мальчишка и зазывал ещё новую публику:

— Пожалуйте! — кричал он, раскрывая рот так, что углы губ касались концов его громадных ушей.— Эй! К нам пожалуйте! Очень даже прекрасные привидения, покойники, девочки на всякий рост, бесприютные собачки-с! Громадный выбор занесённых снегом странников, волки-с. Только у нас настоящие волки! Эй!

А в лавчонке крику было ещё больше.